Как Малыш лягушку спать укладывал

Как Малыш лягушку спать укладывал

На подушке у Малыша сидела лягушка. Зелёная, как огурец, и мокрая, как огурец, который забыли в тазике. Звали её Ква. Ква не спала. Ква квакала. «Ква!» — говорила Ква. И ещё раз: «Ква!»

А Малышу пора спать. Мама сказала: «Малыш, глазки закрываются?» Глазки у Малыша не закрывались. У Малыша закрывались только кулачки — по одному пальчику. А Ква всё квакала.

«Ква, — сказал Малыш. — Ты почему не спишь?»

Ква надулась, как маленькая подушка, и сказала: «Ква-а-а! У меня подушка мокрая!»

Малыш подумал. Подушка у Ква была — его собственный мокрый палец, который он облизал. Ну и дела.

Первая попытка: Малыш принёс Ква сухую варежку. Пушистую, тёплую. «На!» Ква забралась на варежку. Варежка сказала: «Пуф!» И Ква сказала: «Ква!» И варежка стала мокрой. И Ква стала мокрой. И всё стало мокрым. Не помогло.

Вторая попытка: Малыш принёс Ква подушку. Настоящую, свою. Большую. «Спи!» Ква легла на подушку. Подушка была мягкая. Ква была мокрая. Подушка стала мокрая. Малыш тоже стал мокрый. Не помогло.

Тут из-за шкафа вышел тапок. Большой папин тапок. Он ходил сам, потому что папа его потерял. Тапок посмотрел на Ква и сказал: «Топ. Топ. Топ». Это значит: «Я всё видел. Безобразие». Тапок был важный, как бабушкин чайник.

Малыш взял Ква в ладошки. Ква была холодная и скользкая, как кусочек киселя. Малыш подышал на неё. Раз. Два. Три раза подышал. Ква закрыла глаза. Малыш обрадовался. Но Ква открыла глаза и квакнула опять. Потому что Малыш дышал ей прямо в нос, а от этого не спится, а только чихается.

Малыш подумал: «Ква не хочет спать. Ква хочет...» И тут он понял. Ква хотела не подушку. Ква хотела петь. Не «ква», а песню. Только у Ква ничего не получалось, кроме «ква».

Тогда Малыш взял Ква и посадил её в тапок. В папин тапок. В самый тёплый, самый папин. И тапок сказал: «Топ». А Ква сказала: «Ква». А Малыш сказал: «Тссс». И запел. Тихо-тихо. Свою самую сонную песню. Про облако. Про облако, которое плывёт и никуда не спешит.

Ква слушала. Ква слушала. Тапок слушал. Тапок заснул первым. Он упал на бок и больше не топал. Потом Ква зевнула. Ква зевнула так, что её глаза стали как две маленькие пуговицы. И Ква уснула. В тапке. Как в кроватке. Мокрая, но довольная.

А Малыш посмотрел на Ква. И на тапок. И на свои кулачки. И его кулачки уже спали. Все десять пальчиков. И глазки стали закрываться. Сами. Без уговоров.

Мама заглянула в дверь. Тихо-тихо. На подушке спал Малыш. В тапке спала Ква. Тапок спал стоя. А из-под одеяла торчал только один мокрый палец. Но это уже неважно.

В комнате стало тихо. Только дождик за окном стучал: «Тук. Тук. Тук». Как будто кто-то маленький стучал ладошкой по подушке. И всем хотелось спать.