Как Малыш и зайчонок Тёма поймали волшебство

Как Малыш и зайчонок Тёма поймали волшебство

Малыш топнул ножкой по одеялу.

— Не буду спать! — сказал он. — Там, за окном, столько интересного!

Он подтянул к себе зайчонка Тёму — того самого, серого, с одним ухом, которое всегда загибалось, как вопросительный знак.

— Ты чего топаешь? — спросил зайчонок Тёма. — Я тебе знаешь что расскажу. Ночью по небу ходят облака, и они не просто ходят. Они весят. И у каждого облака есть настоящий вес.

Малыш замер.

— Как у мешка с картошкой?

— Почти, — важно кивнул зайчонок. — Как у твоего медвежонка, когда он мокрый. И каждую ночь звёзды ходят по небу с ведёрком и собирают облачный вес. Крупинка за крупинкой. Чтобы к утру стало полегче.

— Кто собирает? — не понял Малыш.

— Звёзды. Маленькие, с длинными носиками. Ты их не видел, потому что они приходят, когда ты уже спишь. А кровать — это дверь. Хочешь попасть в небо — надо лечь на подушку и накрыться. Вот и всё волшебство.

— А если я не хочу ложиться?

— Тогда звёзды пройдут мимо тебя, — зайчонок Тёма посмотрел на Малыш внимательно, — и полетят к соседу. У него кровать тоже подойдёт.

Малыш присел на край кровати.

— А умываться обязательно?

— Ой, это самое главное! — зайчонок Тёма выпрямился. — Звёзды ужасно не любят, когда лицо в зубной пасте. Это же клей. Они тогда прилипают к небу и не могут улететь домой. Вот беда-то.

Малыш пошёл умываться. Вода была прохладная, пахла земляникой.

Потом он надел пижаму — синюю, с облачками. Зайчонок Тёма тут же залез в её карман, как в домик.

— А теперь слушай, — сказал он оттуда. — Первая звезда уже вышла. Она маленькая, с носиком. Видишь?

Малыш посмотрел в окно. Звёздочка мигнула, будто кивнула.

— Она держит ведёрко, — прошептал зайчонок Тёма. — Сейчас она начнёт собирать облако. Слушай.

Малыш прислушался. Где-то высоко-высоко что-то тихо шуршало, будто кто-то пересыпал крупу ложкой.

— Это облако рассыпается, — сказал зайчонок Тёма. — Звёзды собирают его по крупинке. Знаешь, сколько мне нужно облаков, чтобы уснуть? Одно, маленькое. С ладошку.

— А мне?

— А тебе — целое небо.

Малыш лёг. Подушка была мягкая и пахла мамой — её подушка. Одеяло накрыло его с головой, как будто кто-то сказал: «Добро пожаловать».

— Мама, — позвал Малыш, — посиди со мной.

Мама пришла, села рядом, погладила его по спине.

— А знаешь, — сказала она тихо, — звёзды сегодня работают допоздна. Я видела одну — она уронила ведёрко, и из него посыпалось облако.

— Прямо на нас?

— Прямо на наш балкон. Утром там будет туман.

Малыш улыбнулся. Он представил, как звёздочка ходит по небу, шмыгает носом и собирает облака. А одна звёздочка — вон та, у самого окна — уже набрала полное ведёрко и теперь не знает, куда его деть.

— Мам, а кровать — это дверь? — спросил Малыш.

— Конечно, — сказала мама. — Самая тёплая дверь на свете.

Зайчонок Тёма высунулся из кармана пижамы.

— Я уже почти уснул, — прошептал он. — Ты не шуми. Облака летят.

Малыш закрыл глаза. Ему показалось, что он плывёт по мягкому синему морю, а над ним звёзды несут маленькие ведёрки и улыбаются.

Рядом дышала мама.

Где-то шуршало облако.

И было тепло.