Малыш и тайна трёх записок

Малыш и тайна трёх записок

Под дверью Малыша что-то шуршало. Малыш приложил ухо к полу. Шуршало не просто так, а с перерывами — шурх... шурх-шурх... шурх.

На коврике лежала записка. Нарисован кот: усы торчком, хвост трубой. А под котом — кривые буквы:

«Малыш! Приходи на кухню. У нас ЧП. Настоящее. Подозрительное. (Это я, Котёнок.)»

Малыш потопал на кухню. Там пахло какао и печеньем. На столе лежала вторая записка, прижатая чайной ложкой:

«НЕТ, НЕ НА КУХНЮ! Мы на балконе! Срочно! Коржик».

Малыш взял ложку — на всякий случай — и пошёл на балкон. Там было тепло и пахло свежим ветром. На полу мелом написано:

«Малыш, стой! Мы не на балконе! Мы под столом!»

Кто-то хихикнул под столом. Потом ещё раз. Потом кто-то стукнулся макушкой о столешницу и сказал:

— Ой. Это я не специально.

Под столом сидели три кота. Котёнок держал в лапах третью записку, Коржик — кусок мела, а Компот — ложку для обуви. Зачем — непонятно.

— Мы потеряли Бантик, — сказал Котёнок шёпотом. — Тот самый, с бубенчиком. Он был тут. А потом — дзынь! И нету.

— Или дзынь-дзынь, — добавил Коржик.

— Или дзынь-дзынь-дзынь, — сказал Компот и посмотрел на ложку для обуви.

Малыш присел на корточки. Под столом было темно и уютно, как в домике. И пахло ковром.

— А куда он дзынькнул? — спросил Малыш.

— Вот в этом и загадка, — сказал Котёнок. — Мы написали записки, чтобы ты пришёл и помог. Только записки разбежались. Как Бантик.

Коржик вздохнул:

— Я писал первую. Потом Котёнок сказал, что на кухне лучше. Потом Компот сказал, что под столом надёжнее.

— Потому что тут темно и никто не найдёт, — важно сказал Компот.

— Да, но мы-то тебя нашли, — сказал Малыш.

Коты переглянулись. Компот спрятал ложку для обуви за спину.

И тут — дзынь. Тихо-тихо. Где-то наверху.

Малыш поднял голову. Над столом, на полке, среди чашек, что-то блеснуло. Коты посмотрели вверх. Котёнок сказал:

— Ой.

Коржик сказал:

— Ну конечно.

Компот сказал:

— Я так и знал.

Бантик с бубенчиком лежал в самой большой чашке. Он туда упал — дзынь! — и застрял между стенкой и блюдцем. Бубенчик торчал наружу и тихонько звенел от сквозняка.

— Он там спит, — сказал Котёнок. — В чашке. Как в кроватке.

— Чашка — это не кроватка, — сказал Коржик. — Это чашка.

— А если накрыть блюдцем, будет домик, — сказал Компот.

Малыш достал Бантик. Бубенчик сказал: дзынь-дзынь. Коты обрадовались. Котёнок запрыгал. Коржик сказал:

— Ура. Теперь можно есть печенье.

— А зачем вы писали три записки? — спросил Малыш. — Можно было одну.

Коты задумались. Потом Котёнок сказал:

— Потому что мы не умеем писать одну. Мы умеем писать три.

— И все разные, — сказал Коржик.

— И все неправильные, — сказал Компот и наконец убрал ложку для обуви на место.

Малыш засмеялся. Потом взял Бантик, чашку и печенье. Коты пошли за ним — топ-топ-топ. На полу остались три записки, кусок мела и след от ложки.

Вечером Малыш лёг в кровать. Бантик с бубенчиком висел на гвоздике у двери. Бубенчик тихонько дзынькал — как будто желал спокойной ночи. За дверью шуршали коты. Шурх... шурх-шурх... шурх. Наверное, писали новую записку. Но Малыш уже спал.