🐿️Сказка про бельчонка Шишкодума: «Письмо для того, кто поможет»

На опушке большого леса, в дупле старого дуба, жил бельчонок по прозвищу Шишкодум. Каждое утро он просыпался от запаха хвои и грибов, которые сушились на ветках. Мама белка расчёсывала ему кисточки на ушах, а папа белка учил прыгать с ветки на ветку без единой ошибки. Шишкодум смотрел на них и думал: вот бы и ему найти какое-нибудь настоящее дело.

В то утро на заборе у опушки сидела незнакомая белка. Рыжая, как осиновый лист, с маленьким берёзовым свёртком в лапках. Звали её Тявка — так она сама представилась. Каждое утро она разносила письма по всему лесу, и это было её любимое занятие.

— Беда! — крикнула Тявка. — Адрес намок под дождём. Несу уже третий день и всё никак не найду, кому отдать. Удалось прочитать только: «Для того, кто поможет, когда трудно».

Шишкодум выскочил из дупла. Свёрток и правда был мокрый, буквы расплылись. — Это же для любого может быть! — растерялся он. — Вот именно, — кивнула Тявка и закинула хвост на спину. — Идём искать.

Сначала они встретили старого ежа, который застрял между двумя корнями и сердито сопел. Шишкодум раздвинул корни палкой, и ёж выкатился на свободу.фыркнув, он потопал прочь, но Тявка сказала: — Это просто был ёж. Он всегда такой. Зато ты помог — и это правильно.

Потом у ручья они увидели лисёнка. Он сидел и плакал — лапка застряла в грязи, и сам он не мог выбраться. Шишкодум лёг на живот, протянул ветку. Лисёнок ухватился, бельчонок потянул изо всех сил — раз, два — и лисёнок вылетел на берег вместе с громким «чвак!». Оба засмеялись, и лисёнок убежал, оставив на траве мокрые следы.

Тявка перестала прыгать и задумалась. Она достала свёрток и покрутила его в лапках. — Знаешь, — сказала она медленно, — я думаю, адрес не намок. Я думаю, его там никогда и не было. Это письмо — для того, кто поможет, когда трудно. Не для конкретного зверя, а для того, кто в этот день решит помочь. Сегодня это ты.

Шишкодум развернул берёзовую бумагу. Внутри лежала маленькая сосновая шишка — самая обычная, только очень ровная и тяжёлая, будто налитая смолой. И от неё пахло летом. — И это всё? — удивился он. — А чего ты ожидал? Золото? — хмыкнула Тявка. — Шишка эта вырастет в дерево, если посадишь. Через сто лет под ним кто-нибудь спрячется от дождя. Разве плохо? Шишкодум подумал и решил, что совсем не плохо.

Он вернулся домой, когда солнце уже клонилось к верхушкам деревьев. Мама белка расчесала его мокрую шёрстку, папа белка принёс тёплый чай с мёдом. Бабушка поставила перед ним тарелку с орехами — теми самыми, что собирала всё утро. — Где носило? — спросил папа. — Письмо относил, — ответил Шишкодум серьёзно. Папа присвистнул, мама улыбнулась, а бабушка покачала головой: — Ну, значит, день не зря прошёл.

Вечером Шишкодум посадил шишку под старой яблоней в углу лесной полянки. Полил из берёзового ковшика. Постоял немного. Потом забрался в дупло, лёг в мягкую постель из мха и листьев, и бабушка укрыла его тёплым пушистым одеялом. За окном тихо шумел лес. Где-то там Тявка, наверное, уже искала новый адрес для нового письма.

А Шишкодум закрыл глаза и подумал, что день вышел очень хороший. Даже без золота.