Котёнок Блинчик и самый нежный гром

Котёнок Блинчик и самый нежный гром

Малыш лежал на ковре, а на груди у него, свернувшись клубочком, спал серенький котёнок Блинчик. Блинчик пах тёплым молоком и старыми тапками — то есть уютом. За окном капал дождь: кап-кап называется. А потом случилось не кап-кап, а БАБАХ! Гром! Такой громкий, что даже чашка в шкафу сказала: «Дзынь!» — сама, без разрешения.

Блинчик подпрыгнул, как пушистая пружинка, и сделал то, что делают все коты в мире, когда страшно. Он залез Малышу на голову. Прямо на макушку. И вцепился.

— Ой, — сказал Малыш. — Я, вообще-то, не дерево.

Но Блинчик считал, что на дереве безопаснее. Он дрожал. Он дрожал так сильно, что его усы щекотали Малышу уши, и от этого Малыш сам чуть не засмеялся и чуть не заплакал одновременно.

Тут в комнату заглянула бабушка. Она была в халате в мелких огурцах и держала в руках чашку чая. Бабушка всегда приходит с чаем, даже когда идёт гроза. Особенно когда идёт гроза.

— Гремит, — сказала бабушка спокойно, как будто сообщала, что завтра вторник. — Ты не бойся, Малыш. Это просто тучи ругаются.

— А я и не боюсь, — сказал Малыш. — Боится Блинчик. Он думает, что это на нас сердятся.

Бабушка посмотрела на Блинчика на макушке Малыша и поджала губы, чтобы не рассмеяться.

— Сердятся? — сказала она. — Ну, знаешь ли. Гроза — это просто гром. Он большой и громкий, но добрый. Как дедушкины чихания.

— Дедушка чихает так, что подушка с дивана падает, — заметил Малыш.

— Вот именно, — кивнула бабушка. — И ты же его не боишься.

Но Блинчик не слушал. Он думал: «Никто меня не спасёт. Все меня оставят тут, на голове у мальчика, у которого вместо шерсти — волосы. Это неудобно, но ужасно уютно, а я не знаю, что теперь делать».

И тут Малыш сделал то, чего никто не ожидал. Он встал. Прямо с котёнком на голове. Аккуратно, как будто нёс стакан с водой, полный до краёв.

Он подошёл к окну. Блинчик вцепился ещё крепче и сказал: «Мряу», что означало: «Пожалуйста, не делай глупостей, мальчик с волосами».

А Малыш открыл окно совсем чуть-чуть, чтобы ветер был не страшный, а ласковый. И сказал громко, прямо в небо:

— Гром! Ты большой и громкий, и я знаю, что ты добрый! Но ты очень пугаешь моего друга. Нельзя ли потише? Пожалуйста.

Бабушка за спиной охнула. Блинчик замер. Гром замолчал. На целую минуту. Наверное, он подумал: «Надо же. Меня никто никогда не просил вежливо».

А потом... что-то изменилось. Гром стал звучать как будто дальше. И тише. И мягче. Он стал похож на то, как если бы кто-то очень большой и лохматый осторожно ступал по ковру, чтобы не разбудить маленького.

— Смотри, — сказал Малыш и снял Блинчика с головы. — Он уходит. Я его попросил, и он согласился.

Блинчик посмотрел на Малыша. Блинчик посмотрел в окно. Блинчик посмотрел на бабушку, которая пила чай и делала вид, что ничего удивительного не произошло. Блинчик решил, что Малыш— это, пожалуй, самое безопасное место в мире. И залез ему на колени. Животом вниз. Кверху лапами.

— Я так и знала, — сказала бабушка. — Смелый мальчик с сердцем размером с облако. Доедай печенье, герой.

Так Блинчик и уснул — на коленях у Малыша, кверху лапами, с высунутым языком. А гром ушёл совсем. Он больше не гремел. Может, он просто улёгся спать где-то за горизонтом, большой и лохматый, и подумал: «Хорошо, что меня кто-то любит. Даже когда я громкий».