🦊Сказка про лисёнка Рыжика: «Звезда, которая пела про Рыжика»

Рыжик лежал в тёплой норке и смотрел в потолок. Все уже спали. Мама тихонько дышала рядом. Бабушка-лиса свернулась клубочком у дальней стены. А Рыжик — не спал. Он поворачивался на один бок, потом на другой, потом обратно.

Он поправил ушко у своей игрушки — маленького облезлого зайца из ткани. Заяц смотрел пуговичными глазами и молчал. Рыжик вздохнул. Потом вздохнул ещё раз, погромче. Бабушка приоткрыла один глаз.

— Не спишь? — спросила она совсем тихо, чтобы не разбудить маму. — Не сплю, — честно сказал Рыжик. — Я пробовал. Не получается. — Пробовал как? — спросила бабушка. — Ну, закрывал глаза. Считал шишки. Досчитал до семи и сбился.

Бабушка потихоньку встала и поманила его лапой. Они вместе вышли к маленькому оконцу норки. За стеклом был тёмный лес, а над лесом — небо, всё в звёздах, как в крошках от пирога.

— Слышишь? — шепнула бабушка. Рыжик навострил уши. Вокруг была тишина. — Нет, — сказал он. — Ничего не слышу. — Надо слушать тише, — сказала бабушка. — Звёзды поют очень тихо. Тише, чем мышка за стеной.

Рыжик постарался. Он почти перестал дышать. И тут — правда! — он что-то услышал. Не слова, не мелодию, а что-то вроде звона. Тонкого-тонкого, как если бы кто-то очень далеко тронул хрустальную чашку.

— Слышу! — прошептал он так громко, что бабушка засмеялась беззвучно, только усы задрожали. — Вот видишь. Каждая звезда поёт про кого-то из нашего леса. Вон та яркая, рыжеватая — слышишь, как она гудит? Она поёт про старого ежа. Он сейчас спит под корнями берёзы и видит сон про яблоки.

Рыжик посмотрел на рыжеватую звезду. Правда, она чуть гудела — как шмель, только совсем тихо. — А вон та, синяя? — спросил он. — Синяя поёт про двух утят. Они устали за день, набегались по берегу, а сейчас спят, прижавшись друг к другу. Им снится большая лужа.

— Утятам снится лужа? — Рыжик едва не фыркнул. — Это смешной сон. — Для утят — самый лучший, — серьёзно сказала бабушка. И Рыжик подумал, что она права.

Они смотрели дальше. Бабушка показывала звёзды одну за другой. Вот мигающая — она поёт про белку, которая спрятала последний орех и теперь спит, довольная. Вот бледная, почти невидимая — она поёт про маленького жучка под листом, который и сам не знает, что кто-то поёт именно про него.

— А жучку не одиноко? — спросил Рыжик. — Он же совсем маленький, и листок, наверное, мокрый. — Ему тепло, — сказала бабушка. — Его звезда совсем близко наклонилась, чтобы он слышал. Маленьким звёзды поют чуть громче. Рыжик почему-то сразу почувствовал, что за жучка беспокоиться не надо.

За окном качнулась сосна. Где-то далеко ухнула сова — один раз, мягко, и снова стало тихо. Рыжик прижался к бабушкиному боку. От неё пахло смолой и немного пирогом. Он подумал, что, наверное, у сов тоже есть своя звезда. И у сосны, может быть, тоже. Он хотел спросить, но забыл, что именно, и просто стоял и смотрел в небо.

Лес был полон спящих. И каждый спящий был укрыт своей звездой, своей тихой песенкой. Рыжик почувствовал что-то тёплое внутри. Как будто бабушкин пирог, только не в животе, а где-то повыше.

— А есть звезда про меня? — спросил он совсем шёпотом. Бабушка помолчала. Потом медленно подняла лапу и показала на маленькую звёздочку прямо над норкой. Звёздочка была рыжая — точь-в-точь как кончик хвоста у Рыжика. — Вот эта. Слышишь? Рыжик слушал. Звёздочка пела. Не слова — но он понял. Она пела про него. Про то, как он сегодня бегал по осенним листьям. Про то, как он помог маме донести корзину. Про то, как он сейчас стоит у окна и слушает.

— Она всегда тут? — спросил он, и голос у него стал сонным сам собой. — Всегда, — сказала бабушка. — Даже когда облака. Даже когда ты не слышишь. Она поёт. — Всю ночь? — не унимался Рыжик, уже еле ворочая языком. — Всю ночь, — кивнула бабушка. — А ты можешь спать спокойно.

Рыжик зевнул. Один раз, потом второй. Бабушка тихонько взяла его за лапу и повела обратно, в тепло. Она уложила его, подоткнула одеяло, положила рядом облезлого тряпичного зайца. Рыжик закрыл глаза. В ушах ещё звенело — тихонечко, тоненько, как та рыжая звёздочка над крышей. Бабушка погладила его по макушке, и он даже не почувствовал, как перестал думать.

Он уснул. И во сне над ним пела его звезда, и лес вокруг тоже спал, и мама, и бабушка, и ёж с яблоками, и утята в своей луже, и маленький жучок под мокрым листом — все-все, укрытые тихими песенками неба.