🤖Сказка про робота Аккумуляшку: «Аккумуляшка и дежурный ночник»

Аккумуляшка стоял у розетки и делал вид, что не замечает провода. Провод лежал на полу, свернувшись колечком, и явно ждал, когда маленький робот наконец воткнёт в себя вилку. А Аккумуляшка вместо этого разглядывал потолок так внимательно, будто там показывали самый интересный мультфильм на свете.

— Опять? — спросил я. — Ты же вчера так же стоял. И позавчера.

— А вдруг сегодня что-то случится, — сказал робот и покрутил антенной, для убедительности. — Пока я заряжаюсь, весь дом живёт своей жизнью! Шкаф, может, открывает секретную дверь! Тапки устраивают гонки! А я всё это просплю, зарядка же не шутки — восемь часов, и хоть бы хны.

— Знаешь, — признался я, — я тоже так думаю почти каждый вечер. Ложусь и жалею: а вдруг без меня на кухне холодильник расскажет анекдот получше моих.

Дорогой слушатель, проверь, кстати: у Аккумуляшки на животе есть маленькая лампочка. Если она мигает медленно — робот ещё бодрствует и спорит. Если часто-часто — вот-вот сдастся. Представь, у нас как раз тот самый момент.

Лампочка мигала быстро. Но сдаваться Аккумуляшка не собирался: он придумывал на ходу, а придумывать он умел лучше, чем заряжаться.

— А ещё, — не унимался робот, — вдруг ровно в полночь на кухне начнут шептаться ложки в ящике? Я такое один раз слышал краем уха, честное слово! Или вот: часы на стене решат пойти назад, просто чтобы проверить, что будет. А я — сплю, заряжаюсь, и всё пропускаю, как будто меня вообще не приглашали на этот праздник!

— Часы назад не ходят, — вздохнул я, — но я тебя понимаю. Иногда так обидно засыпать раньше, чем мир доиграет во что-то интересное. Только вот беда: если сидеть и ждать этого праздника всю ночь, утром сам на праздник будешь похож на несчастного — глаза не открываются, лампочка мигает через раз, и никакого веселья не увидишь, даже если оно случится прямо перед носом.

Аккумуляшка почесал в затылке отвёрткой, которая была прикручена у него именно для такого случая, и вдруг подпрыгнул, звякнув винтиками.

— Придумал! — сказал он. — Назначим дежурного! Кого-нибудь, кто не спит вместо меня и потом всё расскажет. Я буду заряжаться спокойно, а дежурный — следить за домом.

В комнате как раз стоял ночник — старенький, круглый, с абажуром в полоску, похожий на маленькую сонную луну. Он всегда включался сам, стоило выключить верхний свет, и делал вид, что делает это без всякого усилия, хотя на самом деле очень этим гордился.

— Дежурить согласен, — важно сказал ночник. — Но у меня условие. Утром ты расскажешь мне, что тебе снилось.

— Снилось? — растерялся Аккумуляшка. — Мне? Роботам что, снятся сны?

— А то! — фыркнул ночник. — Просто вы, роботы, слишком заняты подсчётом вольт, чтобы это заметить.

Аккумуляшка задумался так крепко, что даже перестал спорить. Мысль о собственном сне понравилась ему больше, чем мысль о тапках-гонщиках. И он уже почти шагнул к розетке, когда ночник вдруг замигал тревожно, совсем как утром, когда кто-то забывает выключить чайник.

— Погодите-ка, — сказал ночник. — У дежурных есть правило. Я дежурю, только когда все в комнате спят. Иначе ты будешь ворочаться, крутить антенной, спрашивать «ну что, уже началось?» — ты меня отвлечёшь, и я пропущу всё интересное. Даже если тапки и правда устроят гонки.

Аккумуляшка захлопал глазами-фонариками. Он-то думал, что дежурный нужен, чтобы не проспать интересное. А выходило наоборот: пока сам робот не спит, дежурный ничего толком не заметит — будет отвлекаться на него, как кот на муху у лампы.

— То есть чтобы что-то интересное точно заметили, — медленно произнёс Аккумуляшка, — мне нужно лечь спать?

— Именно, — кивнул ночник и засветился чуточку ярче, будто заранее репетировал дежурство.

Это был честный уговор, и Аккумуляшка наконец вставил вилку в розетку — тихонько щёлкнуло, загорелся зелёный огонёк, и по проводам побежало ровное тёплое гудение, похожее на колыбельную, которую поёт сам дом.

За окном шуршал ветер в водосточной трубе, где-то далеко проехала машина и осветила потолок жёлтой полоской, а ночник встал на пост — светил мягко, по-доброму, ровно настолько, насколько дом мог себе позволить.

— Спокойной ночи, — прошептал я. — Если что-то интересное всё-таки случится, обещаю: тебе расскажут. Причём два свидетеля — ночник и твой собственный сон.

Аккумуляшка вздохнул совсем по-человечески, устроился поудобнее у розетки и засопел — мерно, тихо, в такт зелёному огоньку зарядки.

И где-то там, за закрытыми глазами-фонариками, ему уже снилось что-то тёплое: кажется, тапки и правда бежали наперегонки, а шкаф болел за них громче всех.