🐭Сказка про мышку Веснушку: «Робот, который копил свет»

В норке под полом старого дома, где пахло сухарями и деревянной пылью, жила мышка Веснушка — с торчащими в разные стороны усами и страстью тащить домой всё блестящее.

Однажды утром, роясь в щели за плинтусом, она наткнулась на что-то круглое, серебристое и чуть запылённое. На груди у находки мигала одна красная лампочка: пик... пик... пик.

Веснушка потрогала находку лапкой. Холодная, гладкая, немного похожая на большую пуговицу. — Пик! — сказала находка. — Пик! — радостно ответила Веснушка и тут же назвала его Пиком, потому что других слов он всё равно не говорил.

Но лампочка вдруг погасла, и Пик замер, глядя куда-то вниз, будто разглядывал невидимые ботинки. Веснушка почувствовала животиком: что-то не так.

Тут в щель протиснулась рыжая бабочка в пятнышках-веснушках, с потрёпанной книжкой под мышкой — то есть под крылышком. — Параграф третий, — важно объявила она. — Робот потерялся и боится темноты. Это классический случай, я читала.

— Может, ему просто скучно? — предположила Веснушка. — Ничего подобного, — отрезала бабочка. — В книге чётко сказано: нужно вынести его на свет и ждать реакции. Я профессионал, у меня диплом с подкладки капустного листа.

Веснушка не стала спорить — она вообще редко спорила, предпочитая сразу что-нибудь делать. Взяла жёлтый огрызок фонарика, похожий на дольку мандаринки, и посветила в тёмный угол норки. Пыль там блестела, как рассыпанные звёзды, и вовсе не пугала.

Потом мышка бережно подхватила Пика обеими лапками и потащила его к щели, откуда пробивался утренний луч. Поставила прямо в тёплое солнечное пятно на полу.

Пик помолчал секунду, будто набирая воздуха, которого у него, конечно, не было. Потом — пик! Лампочка мигнула раз, другой, третий — и загорелась уже не красным, а золотым.

— Пик-пик-пик! — радостно завертел он головой. Бабочка удовлетворённо кивнула: — Видите, сработало! Как я и предсказывала, — хотя предсказывала она совсем другое, но признаваться в этом не спешила.

А потом Пик застрекотал по-своему, и оказалось — если приложить ухо и немного пофантазировать — что он вовсе не терялся. Он специально забрался под пол, чтобы день за днём копить в себе солнечный свет: он слышал, как по ночам некоторые мышата в норке боятся темноты, и хотел стать для них тихим золотым ночником.

Бабочка на миг растерялась — в её книге такого параграфа не было, — но быстро нашлась: — Именно это я и имела в виду. Просто своими словами. Взмахнула крылышками и улетела по другим важным делам.

С тех пор днём Веснушка и Пик грелись у щели с солнцем: она показывала ему пролетающих мух и упавшие листья, а он в ответ мигал то быстро, то медленно, будто смеялся своим способом.

А вечером, когда в норке темнело и все мышата укладывались спать, Пик светился мягким золотым светом — ровно настолько, чтобы никому не было страшно, но и не настолько ярко, чтобы мешать снам.

Веснушка обняла его тёплой лапкой и закрыла глазки, а лампочка на груди Пика тихонько замигала: пик... пик... пик — как будто желала спокойной ночи всем сразу.