🐿️Сказка про бельчонка Хрустика: «Смелость под кроватью»

Хрустик нашёл первую записку в коробке из-под орехов, куда складывал улики для своего детективного агентства «Один нос — одна правда». Записка пахла мятой и была написана так криво, будто автор держал ручку лапой. «Уважаемый детектив Хрустик! У меня пропала смелость. Вчера была, сегодня нету. Подозреваю Мрака. Он живёт под кроватью. С уважением, Барсик. Приписка: молоко я не крал, оно само на меня упало».

Хрустик посмотрел на кота. Кот посмотрел на Хрустика. Кот явно не умел писать, но у него был такой вид, будто он умел всё. Под дверью спальни лежала вторая записка, уже аккуратнее, чернилами, как у взрослых. «Хрустик, это Мрак. Подозрение несправедливое. Я не брал смелость. Мне чужого не надо. Но если кто-то и брал — это Тень От Шкафа, она давно мне завидует. Она меня передразнивает. С уважением, Мрак. Приписка: я не страшный, у меня просто голос такой».

Хрустик фыркнул. У Мрака был отличный голос. Голос у него был как у соседа, когда тот поёт в ванной: громко, уверенно и совершенно не в тему. Третью записку он нашёл утром на подушке, написанную мелом на куске обоев (обои были новые, но Хрустик решил, что сейчас не время для скандала). «Я Тень. Я ничего не брала. Но я видела, как смелость лежала в кармане у Темноты. За ней идите. И вообще, зачем искать? У меня от вас уже нервы. С уважением, Тень. Приписка: я не злая, я просто высокая».

— Все врут, — сказал Хрустик вслух. — Классика. Пора опросить свидетеля, которого все боятся. Он взял блокнот, карандаш и надел шапку, потому что в детективных историях в шапке думается лучше. И только ступил в тёмный коридор, как шапка сказала: — Осторожно, там Мрак. Хрустик замер. Шапка была вязаная, бабушкина, но голос — не бабушкин. Голос был мягкий, как подушка. — Кто говорит? — Фонарик. Точнее, я — твой будущий фонарик. Я живу в кармане с прошлой зимы. Ты меня ни разу не включил, потому что боялся, что я покажу что-то страшное. Хрустик покраснел в темноте. — Ну, всё, — сказал Фонарик. — Давай так. Ты светишь, я рассказываю, кто есть кто. Только не бросай меня, я не люблю летать.

Он нажал кнопку. Мягкий тёплый свет лёг на пол, как масло на хлеб. В углу сидел Мрак. Он оказался огромным, но с лапами и хвостом. Хвост был занят: Мрак рисовал им на пыли узоры. — Ты почему на кота наговариваешь? — строго спросил Хрустик. — Я не наговариваю, я версии выдвигаю! — обиделся Мрак. — Я тут вообще самый уважаемый житель. Тени не мои, они сами приходят. — Это правда, — сказала Тень От Шкафа. Она была длинная, худая и всё время наклонялась, как вешалка. — Мы, тени, вообще-то театральные. Мы изображаем то, что вы боитесь. Я вот умею изображать паука. Хочешь, покажу? — Лучше не надо, — сказал Хрустик. — А я покажу, — сказала Тень и сложилась в паука размером с кошку. У паука были лапы как у таксы.

Хрустик засмеялся. Паук-такса помахал лапой. — Между прочим, — сказала Тень, — я ищу смелость. Потому что мне тоже страшно. Я боюсь, что меня сотрут, когда в комнате включат свет. Это очень неудобно, если ты кому-то нравишься. — Кому это ты нравишься? — Барсику. Он спит, накрывшись мной, как одеялом. Скажи ему, что я не отвлекаю. Фонарик мигнул. — Ага! — сказал он. — А вот и разгадка. Смелость не украдена. Она просто спрятана под кроватью у Барсика. В банке с надписью «Варенье», чтобы никто не догадался. Кот её туда положил, потому что боялся, что вы её заберёте. — Я? Заберу? — возмутился Хрустик. — Ты у нас главный детектив. Кто угодно испугается.

Хрустик заглянул под кровать. В банке из-под варенья, на которой было написано «Смелость», лежала записка. На записке: «Хрустик, если ты это нашёл, значит, ты уже справился. Я оставил её здесь, потому что знал: ты придёшь. Просто свети. Твой Барсик. Приписка: молоко я всё-таки взял. Но немножко». Хрустик посмотрел на Фонарик. Фонарик посмотрел на него. Тень От Шкафа изогнулась и превратилась в сердечко. Мрак зааплодировал хвостом.

— Значит, так, — сказал Хрустик и включил Фонарик на полную. — С завтрашнего дня у нас новое правило. Носим по очереди. Мрак — по вечерам. Тень — по утрам. Барсик — когда никто не видит. А я — всегда, потому что я детектив. И в комнате сразу стало светлее, хотя лампу никто не включал. Просто Тень перестала бояться и больше не вытягивалась до потолка.

Хрустик лёг спать, накрылся одеялом и понял, что дышит как надо: сначала понюхал цветок, потом задул свечку. Раз, другой, третий. Фонарик тихо светил из кармана, будто подмигивал. А под кроватью кто-то большой и тёплый вздохнул и пробормотал: — Всё-таки хорошо, когда темнота не ссорится с фонариками. Можно выспаться. Это был Мрак. Он наконец-то спал.