🐰Сказка про зайчонка Шебуршунчика: «Сон, который ушёл погулять»

Заячонку Шебуршунчику под дверь подсунули записку: «Не ложимся спать. Точка. Кто прочитает — тот не волшебник. Подпись: два волшебника, семь лет и один год с хвостиком». Год с хвостиком — это пушистый кот, которого Шебуршунчик приписал, чтобы звучало солиднее.

Ответ пришёл утром. Под дверью лежал лист, сложенный в четыре раза, а от корявых букв пахло подгоревшей кашей: «Требуются два волшебника. Срочно. У меня украли сон. Приходите в среду после ужина. Вход — через шкаф. Подпись: Старушка Ворчунья». Шебуршунчик прочитал дважды — на всякий случай. Кот понюхал лист и заявил, что он не волшебник, а честный кот, и улёгся спать. — Значит, идём вдвоём, — кивнул Шебуршунчик. — Шкаф — это мебель, но с характером.

В среду они постучали. Внутри шкафа кто-то шмыгнул и пробурчал: — Чего гремите? Я не глухая. Я просто старая. Проходите, только не по моим тапкам, они спят. Старушка Ворчунья сидела в кресле, укутавшись в три одеяла, и глядела сердито. — Значит, вы волшебники? Ничего, что маленькие. Маленькие волшебники лучше больших: меньше, а тоскуют громче. — А кто украл ваш сон? — деловито уточнил Шебуршунчик. — Да никто не крал, — вздохнула Старушка. — Он сам ушёл. Сказал: «Скучно у тебя, я всё ворчу». И ушёл. Теперь я не сплю, а только сержусь. И каша подгорает. Два дня подгорает!

— Мы его найдём, — сказал Шебуршунчик и топнул лапой. — Он у вас какой был? — Пушистый. Тёплый. Пахнет оладушками и чуть-чуть — подушкой. Кот обошёл все углы, понюхал тапки и сказал коротко: «Мяу». Это значило: «Сон был здесь, но ушёл вверх». На стене мелом было написано: «Сон пошёл на чердак. Не ходите за мной, я работаю». Ниже — приписка: «Работаю — значит, сплю за кого-то. Очень устал». — Ах он трудяга, — фыркнула Старушка Ворчунья. — А я, значит, не работаю? Я всю жизнь варю кашу! У меня каша — это подвиг.

Они поднялись на чердак. Там пахло пылью, старыми газетами и чем-то тёплым, похожим на оладушки. В углу, на куче коробок, спал пушистый клубок. Он посапывал и причмокивал. — Вот он, — прошептал Шебуршунчик. — Спит. — Пусть спит, — вдруг сказала Старушка Ворчунья и села на коробку. — Пусть отдохнёт. А я, пожалуй, тоже посижу. Только недолго.

Шебуршунчик нахмурился: — А как же вы будете спать без него? Старушка Ворчунья посмотрела на него и вдруг улыбнулась — первый раз за всю сказку. — А ты? — спросила она. — Ты тоже не спал, потому что «интересно». Я знаю. Я тоже так делала. До семи лет. Потом до двадцати. Потом до сегодня. Она вздохнула и положила голову на лапку Шебуршунчика. — Знаешь, что я тебе скажу, волшебник? Сон — это не то, что крадут. Это то, что приходит, когда его ждёшь. Вот как каша. Если её мешать и нервничать, она подгорает. А если накрыть крышкой и уйти — она сама доходит. Кот лёг на её колени и замурчал. — Мяу, — сказал он. Это значило: «Я подержу, а вы идите».

Дома Шебуршунчик умылся, надел пижаму с ракетами. Кот лёг в ногах. — А сон придёт? — спросил Шебуршунчик. — Придёт, — сказал он сам себе. — Только надо лечь и подождать. Как каша. Они легли. Мама пришла, поцеловала в нос. Папа пришёл, накрыл одеялом. Кот засопел первым. И тогда под дверью что-то зашуршало. Шебуршунчик приоткрыл глаз — на пороге лежала записка, пахнущая оладушками: «Я вернулся. Спасибо, что ждали. Спокойной ночи. Сон». Шебуршунчик улыбнулся и закрыл глаза. А где-то на чердаке Старушка Ворчунья тоже спала — впервые за три дня. И каша у неё больше не подгорала. Потому что её никто не трогал.