🐰Сказка про зайчонка Тёпку: «Принцесса, дракон и тёплый шкаф»

В шкафу у зайчонка Тёпки жила принцесса. Не в каком-то там замке, а прямо между зимним пальто и пылесосом — так было удобнее, потому что замок всё время куда-то уезжал на гастроли. У принцессы была бумажная корона, слегка пожеванная, и вредный характер. Каждое утро она требовала, чтобы Тёпка поднимал ей настроение: «Мне скучно! Мне холодно! Мне опять дует из-под двери!»

А за дверью, на лестничной площадке, жил дракон. Он был драконом самого настоящего, самого грозного вида — с чешуёй цвета какао и крыльями, как два мокрых зонта. Но был у него один секрет: он был до дрожи, до чихания вежливый.

«Кхм-кхм», — говорил дракон и стучал когтем в дверь. «Прошу прощения. Извините. Не могли бы вы… э-э-э… дать мне попить водички? Я не хотел вас тревожить, но у меня в горле пересохло от рычания. Совсем чуть-чуть, полчашечки, я потом вытру лапы, честное драконье!»

Тёпка выносил ему чашку. Дракон брал её двумя лапами, благодарил три раза подряд и уходил, шаркая хвостом по лестнице так виновато, будто наступал на все ступеньки сразу.

— Он какой-то неправильный, — сказала принцесса, глядя в замочную скважину. — Драконы должны рычать! Пыхать! Забирать принцесс! А этот… извиняется. Фу.

— Может, он просто воспитанный, — сказал Тёпка.

— Воспитанный дракон — это как принцесса без короны! — фыркнула принцесса. И тут же добавила: — Кстати, у меня корона криво сидит. Поправь.

А потом случилась беда. На площадке погасла лампочка. Не просто погасла — она мигнула, сказала «дзынь» и погасла, а в темноте кто-то большой и чешуйчатый громко ойкнул и сел на пол.

— Мама! — сказал из темноты дракон. — Ой, простите. Не мама. Я хотел сказать: караул. Извините, что кричу.

Тёпка выглянул. Дракон сидел на ступеньке, поджав хвост, и дрожал. Он боялся темноты. Огромный дракон, который мог бы одним чихом снести полдома, боялся, что под лестницей кто-то есть.

— Ты чего дрожишь? — спросил Тёпка.

— Простите, — прошептал дракон. — Я боюсь. И мне так стыдно, что я боюсь. Настоящие драконы не боятся. Они летают, пугают всех, дышат огнём. А я… я вежливый. И боюсь темноты. Я неправильный дракон.

Принцесса вылезла из шкафа. Она поправила корону и поглядела на дракона сверху вниз, как на провинившегося подданного.

— Так, — сказала она. — А ты умеешь дышать огнём?

— Не очень, — признался дракон. — Я могу только немножко фыркнуть. И то искорки получаются маленькие. Как от бенгальского огня. И я всегда говорю «будьте здоровы», когда кто-то чихает, и от этого искорки гаснут.

Принцесса задумалась. Корона её медленно съехала набок.

— А если ты боишься темноты, — сказала она, — то как ты находишь дорогу домой? У тебя же там вообще ни лампочки, наверное.

Дракон опустил голову.

— Я не хожу домой. Я сижу на площадке, потому что тут свет из-под двери. А без света я не могу.

И тут Тёпка сказал:

— А давай ты будешь жить у нас в шкафу. С принцессой. Там темно, но у нас есть фонарик, а ещё там пахнет шоколадом и старыми шарфами, и никто не боится.

Дракон посмотрел на шкаф. Потом на принцессу. Потом на Тёпку.

— А можно? — спросил он. — Я буду очень тихо. Я буду извиняться каждый раз, когда буду чихать от пыли. И я могу… могу быть полезным. Я могу греть. У меня чешуя тёплая, правда. Можете потрогать.

Тёпка потрогал. Чешуя была тёплая, как батарея в ванной, только мягче.

— Ух ты, — сказал он.

— Ладно, — сказала принцесса. — Но у меня есть правило. Ты будешь рычать. Понарошку. Чтобы все думали, что у нас дома настоящий дракон. А я буду говорить: «Это мой дракон». И мне будут завидовать.

Дракон кивнул. Он попробовал рычать. Получилось не «Р-р-р!», а «Р-р-р-р… простите, пожалуйста».

Принцесса засмеялась так, что корона окончательно упала ей на нос.

А ночью, когда все легли спать, Тёпка проснулся от того, что в шкафу было тепло и тихо. Дракон лежал между зимним пальто и пылесосом, свернувшись клубком, и его чешуя светилась слабым, тёплым светом — как ночник. Принцесса спала у него на хвосте, накрывшись короной, как одеялком, и даже во сне ворчала: «Это мой дракон… не трогать…»

А дракон во сне тихонько фыркал. И из ноздрей у него вылетали маленькие искорки — как от того самого бенгальского огня, который все так любят на Новый год.

Тёпка улыбнулся, натянул одеяло до подбородка и закрыл глаза. В шкафу пахло шоколадом, старыми шарфами и совсем немного — драконом.