🐰Сказка про зайчонка Мякиша: «Золотое пёрышко под кроватью»

Однажды вечером, когда за окном пахло мокрой землёй и где-то далеко ворчала гроза, зайчонок Мякиш нашёл под кроватью маленький светящийся шарик.

Он был тёплый, как только что испечённый хлеб, и пах летом — знаешь, так бывает, когда держишь в ладонях нагретый солнцем камушек. Шарик мигал: раз... два... раз... два. Будто дышал. — Ты чей? — спросил Мякиш шёпотом, чтобы не испугать. Шарик не ответил, но стал чуть ярче. Мякиш решил, что это, наверное, означает «не знаю».

Он завернул шарик в носовой платок и пошёл искать того, кто знает про волшебство. Первым на пути оказался старый дворовый кот по прозвищу Рыжий Бархат — важный, с одним надорванным ухом. — Скажи, Рыжий Бархат, ты не знаешь, чей это шарик? Кот прищурился, понюхал платок и сказал очень серьёзно: — Мм. Пахнет тёплым вечером и немного радугой. Это, дружочек, заблудившееся волшебство. Оно иногда падает из облаков, когда волшебники чихают. — И что с ним делать? — Понятия не имею, — сказал кот и зевнул так широко, что стали видны все его зубы. — Я только завтраки знаю. Спроси у кого-нибудь другого.

Мякиш пошёл дальше — в сад, где под старой яблоней жила улитка по имени Тянучка. Тянучка всегда знала что-нибудь интересное, только говорила медленно-медленно, растягивая слова, как тянучку. — Тя-а-анучка, — позвал Мякиш, — смотри, что я нашёл. Он развернул платок. Шарик засветился сильнее — прямо в темноте сада он стал похож на маленькую луну. — О-о-о, — протянула Тянучка. — Это волше-е-ебство ищет хозя-я-яина. Оно само не зна-а-ает, что уме-е-ет. Ты должна пока-а-азать ему что-нибудь хоро-о-ошее. Тогда оно вспо-о-омнит. — Хорошее? — переспросил Мякиш. — Угу-у-у, — кивнула Тянучка и спряталась в домик, потому что устала от такого длинного разговора.

Мякиш задумался. Что хорошего он умеет? Он умеет петь одну песенку про лягушку — немного смешную и немного грустную. Умеет рисовать облака — они всегда получаются немного кривыми, но зато с характером. И ещё он умеет обнимать маму так крепко, что та всегда говорит: «Ух ты, какое крепкое объятие!» Мякиш поднял шарик и тихо запел песенку про лягушку.

И тут случилось что-то удивительное. Шарик вдруг вспыхнул золотым светом — и из него потянулась тоненькая нить, прямо вверх, в ночное небо. Нить дрожала и переливалась, как мыльный пузырь. А потом сверху — хлоп! — прилетел маленький промокший волшебник. Ростом он был с чайник, в большой шляпе и с носом, красным от чихания. — Апчхи! — сказал он и посмотрел на Мякиша. — О! Вот ты где, мой пропащий! Он схватил шарик, прижал к груди и засиял вместе с ним.

— Я его уронил, когда летел над крышами, — объяснил волшебник, шмыгнув носом. — Спасибо тебе, зайчонок. Как тебя зовут? — Мякиш. — Красивое имя, — сказал волшебник. — Мякиш, хочешь, я исполню любое желание? Мякиш открыл рот — и задумался. Можно попросить гору морковок. Или крылья. Или чтобы завтра не было никаких дел. Но он подумал ещё немного — и сказал: — Не надо ничего. Ты лучше больше не теряй его, хорошо? А то он, наверное, скучал.

Волшебник моргнул. Потом ещё раз. Потом вдруг засмеялся — тихо, как колокольчик на ветру. — Знаешь, — сказал он, — это, пожалуй, самый мудрый ответ, который я слышал за двести лет. Ну, не буду мешать тебе спать. Он взмахнул шляпой — и исчез. А на ладони у Мякиша осталось маленькое золотое пёрышко. Просто так. В подарок — не за просьбу, а за доброту.

Мякиш вернулся домой, положил пёрышко на подоконник, где оно чуть светилось в темноте, и лёг в кровать. За окном всё ещё пахло мокрой землёй. Гроза ушла куда-то далеко. А кот во дворе мяукнул один раз — наверное, просто чтобы сказать спокойной ночи. Мякиш закрыл глаза. Пёрышко светилось. И комната была тёплая-тёплая, как шарик в ладонях.